Пять праведников православного клироса на Западе

о. Михаил Фортунато“Вестник” продолжает публикацию воспоминаний отца Михаила Фортунато, известного церковного регента, 40 лет проработавшего на клиросе у митрополита Антония Сурожского. Очерк, напечатанный в прошлом номере, был посвящен учителям отца Михаила – преподавателям Свято-Сергиевского богословского института, который автор воспоминаний закончил в послевоенные годы. В нынешнем очерке Михаил Фортунато оценивает вклад в сохранение русской певческой традции на Западе пяти церковных деятелей, которых он называет “праведниками православного клироса”. Эти пятеро – Н. М. Осоргин, И. А. Гарднер, о. Александр Шмеман, М. Е. Ковалевский и М. И. Феокритов.

“Главным, хотя, конечно, не единственным явлением, послужившим сохранению певческих навыков старой России и развитию знаний богослужебного пения в Западной Европе, мне представляется создание в 1926 г. и дальнейшее процветание в Париже Свято-Сергиевского богословского института. Сам факт, что его основали видные церковные деятели, участвовавшие в проведении Поместного Собора Российской Православной Церкви 1917–1918 гг., говорит о серьезности замысла и преемственности традиции. < ...> В программах Института тогда не фигурировал предмет «церковного музыковедения» как таковой. Решающую роль в передаче молодому поколению во Франции и за ее пределами наследия клиросного пения московского толка несомненно сыграл клирос, певший под управлением Михаила Михайловича, а после его кончины в 1950 г. — Николая Михайловича Осоргиных.

Главные достоинства этой клиросной практики можно определить так. Во-первых, непогрешимая, точнейшая интонация во всех голосах, начиная с серебряного звучания ведущего голоса самого Николая Михайловича, который зорко давал отпор, по ходу пения, всякому детонированию энергичным броском локтя в ребра виновника малейшей неровности или понижения. < ..> Вторая заслуга заведующего клиросом заключалась в виртуозном знании богослужебных книг, устава и распева < ..>. Третья добродетель достигает глубин души силой веры в воскресение, именно — трезвая бодрость в исполнении всякого песнопения любого времени года, любой службы”.

“В Лондоне моя клиросная работа проходила под сенью миссионерского, воистину апостольского труда митрополита Антония Сурожского. Этот святитель не притеснял нас, своих подчиненных, никакими требованиями или мелкой критикой. Дав определенное задание, он полностью доверял, следя издалека за ходом работы по составу служб, в которых с годами все больше вставали, наравне с церковно-славянскими, английские тексты. И так — сорок лет, срок моего служения в Англии. Церковь в целом носила открытый характер; она была многонародной, службы велись поочередно на двух языках, церковно-славянском и английском. Певчие англичане оставались в составе хора долгие годы, привыкали к языку русской церкви, любили петь песнопения как обиходные, так и партитуры наших композиторов. Русские певчие любили и ценили переложения на английский. <…> Наш хор, как и наш святитель, стал как бы мостом между двумя культурами. Объединяло нас Православие.”

поделиться