Н. Афанасьев: биографический очерк

АфанасьевКраткий биографический очерк об одном из самых замечательных и оригинальных богословов 20-го столетия отце Николае Афанасьеве написан его женой Мариамной Николаевной. Впервые он был напечатан в 1969 г. во французском православном богословском журнале “Contacts”. На данный момент это наиболее полный источник биографических сведений об отце Николае на русском языке. Очерк переведен для готовящегося к выходу собранию статей выдающегося богослова. Вот несколько отрывков из публикации: 

“Николай Афанасьев родился в Одессе, городе столь красивом, столь причудливом, где смешаны народы и культуры, столь средиземноморском и столь западном … Не отсюда ли чрезвычайная сложность натуры Николая Афанасьева, человека весьма средиземноморского по облику и характеру, весьма западного по мышлению и так глубоко, так очевидно русского сердцем?”

“Потрясенный до глубины души тем, что разразилась война, Николай Афанасьев ухватился, если можно так сказать, за алтарь («Я хотел быть ближе к Богу», – сказал он) и, наконец, принял священство. В день Собора Богородицы, 8-го января 1940 г., отец Сергий и отец Киприан, духовный отец и друг молодости, провели его вокруг алтаря. Литургия дала новому священнику новое вдохновение, новый импульс. И, когда зимой 1940–41 гг., он вновь оказался беженцем в Сен-Рафаэле, вновь в трудном положении (но в этот раз с семьей), он начал – вновь за кухонным столом – труд своей жизни, вдохновленный знаменитой фразой «Ecclesia non est numerus episcoporum, sed Spiritus Sancti» (Церковь – это не собрание епископов, но Церковь Духа Святого). Посреди потоков ненависти и всеобщего распада начал он этот гимн, славящий Церковь Духа Святого, в которой все, – «всегда все и всегда вместе», – все служа Богу и всем, составляют подлинное Тело Господа.”

“Несколькими часами позже, он попросил свою жену открыть шторы, чтобы видеть небо. «Небо, небо,» – повторял он. Маленький кусочек голубого неба показался посреди черных туч парижской зимы, осветившейся скупым лучиком солнца. Напомнил ли он отцу Николаю сияющее солнце его детства, залитую светом ширь его родной степи, бескрайнюю голубую черноту его милого Черного моря? Или, скорее, он узнал в нем отблеск Того, кого он всегда столь сильно любил, – Единственного Солнца Любви, нашего Господа Иисуса Христа?
Смерть и Время царят на Земле, –
Ты владыками их не зови;
Все, кружась, исчезает во мгле,
Неподвижно лишь Солнце Любви.
(В. Соловьев)”

поделиться